April 5th, 2012

le_trouver

Чоткий)

Kurz vor Ostern kostet der Liter in Berlin 1,66 Euro, in anderen Teilen der Republik 1,70 – doch die Ziele der Grünen sind noch immer aktuell.

„Für die Autoindustrie und die Gutverdiener sind die Spritpreise eigentlich noch zu niedrig“, sagt Michael Ziesak. „Sonst würden nicht so viele spritschluckende Luxusautos gebaut und gekauft.“


Незадолго до Западной Пасхи литр бензина в Берлине стоит 1,66 евро, в других частях "республики" - 1,70. Цели зеленых тем самым вовсе не достигнуты.

"Для автоиндустрии и высокооплачиваемых цены на бензин, собственно, все еще слишком низки" - говорит Михаэль Цизак - "иначе не были бы проданы в таком количестве прожорливые автомобили категории люкс".

источник.

комментарий трувера: ich begrüsse eigentlich, dass michas Meinung erhört und wahrgenommen wird. Ich möchte auch, dass Deutschland erwacht und es erwacht erst dann, als dessen Bettwanzen es endlich mal wachbeissen.
le_trouver

Имперская госбезопасность vs Советская госбезопасность,- статус политического заключенного.

Originally posted by corporatelie at Имперская госбезопасность vs Советская госбезопасность,- статус политического заключенного.

Приветствую уважаемых читателей!

Пока вовсю идет подготовка следующих частей  более серьезных  и академических очерков про советскую пенитенциарную систему второй половины 1930-х, ваш покорный  решил немного поразвлечься, хотя тема, как всегда, грустная.

Сегодня я буду заниматься тенденциозным, необъективным, субъективным блиц-сравнением методов, слога, стиля, атмосферы работы жандармерии Российской Империи 1880-1917гг. и ОГПУ-НКВД 1930-х, соответственно.

И вообще мы попытаемся проследить за изменением отношения к политическому заключенному в нашей стране при двух режимах, ведь что больше всего интересно,- детали и нюансы. Да, формат ЖЖ не позволяет провести по настоящему детальное и всеобъемлющее исследование, но на то оно и ЖЖ.

Компаритивистская табличка.

Левая колонка,- дореволюцоинные мытарства социал-демократа и революционера Льва Григорьевича( Лейбы-Гирш) Дейча, пырнувшего ножом и облившего кислотой в 1877 году провокатора Гориновича и приговоренного к 13 годам каторги военным судом. В 1884 был арестован в Германии и экстрадирован в Россию.

Правая колонка,- злоключения  Михаила Павловича Шрейдера в 1938г., заместителя Наркома внутренних дел по милиции и начальника главного управления милиции Казахской ССР в Алма, автора воспоминаний "НКВД Изнутри.Записки Чекиста".Шрейдер был арестован в июне 1938 году и стал свидетелем жесточайших избиений в застенках НКВД, сам подвергался регулярным пыткам.

PhotobucketPhotobucket                                                                                                         


              
                                                                                                
                           Имперская ГБ                   

Утром следующего дня мы высадились на станции Граница.
Была середина мая, погода стояла прекрасная. Лишь только подвод остановился, я в сопровождении привезших меня полицейских, тотчас был окружен несколькими нашими жандармами.
-Здравствуйте, Дейч, наконец-то вы приехали, а мы вас ждали, ждали!
-услышал я их приветствие и взглянув на улыбающиеся добродушной улыбкой молодые здоровые лица этих русских крестьянских сыновей, одетых в несимпатичные нами синие мундиры, я сам улыбался им, как будто меня встречали старые хорошие знакомые.
-Откуда же вы меня знаете?- спросил я, ответив на их приветствие и направляясь с ними на станцию в жандармское отделение.
-Помилуйте, мы давно о вас слышали!- воскликнуло несколько голосов.,-
Не желаете ли чаю и закусить? Или сперва умоетесь?"
-любезно предлагали они и каждый из них охотно исполнял любую мою просьбу
В их отношении ко мне чувствовалась простота , если хотите, даже своего рода приязнь, расположение. Между тем, как для немецких тюремщиков я был каким-то страшным преступником, скрывающимся под вымышленным именем, за благополучную доставку которого по назначению каждый рассчитывал получить какую-нибудь награду- для наших жандармов я был просто политическиим преступником, с именем которого они до того свыклись, что считали меня своим старым знакомым.
Если бы кто-нибудь посторонний зашел в то помещение где я сидел за столом на котором находились чай и закуска и беседовал с окружавшими меня жандармами, то он наверно подумал бы, прислушавшись к нашему разговору, что это встретились после продолжительной разлуки, давно друг друга знающие люди.
 
Советская ГБ 

4 июля открылась дверь, и вахтер тихо справился: «Кто на букву «Ш»?» Я назвал свою фамилию, и он сказал: «Приготовься слегка». Это был термин, обозначавший, что тебя никуда не переводят, а вызывают на допрос. И вот меня повели на первый допрос. Два вахтера сдали меня следователю, молодому брюнету со знаками лейтенанта госбезопасности. (Фамилии его я так и не узнал.) Первыми «приветственными» словами были:
— Ну, фашистская б..., покажи свои руки, обагренные кровью Кирова.
Я был еще новичком, впервые услышал подобное обращение и с возмущением крикнул:
— Как ты смеешь, сопляк, так разговаривать со мною?! Я—заместитель наркома! А что касается моих рук, так они чище и честнее, чем твои!
Следователь вскочил, и не успел я опомниться, как он изо всей силы стукнул меня кулаком по уху. От удара у меня помутилось в голове. Я едва удержался на ногах и схватился за край стола.
— Садись! — крикнул следователь. — И рассказывай о своей шпионской, правотроцкистской и вредительской деятельности.
Минут пятнадцать он меня не трогал, а я сидел и думал: существует ли еще советская власть? Возможно, в стране произошел фашистский переворот? Но над головой следователя висел портрет Сталина.
— Как вы можете сидеть под портретом вождя и так издеваться над коммунистом? — спросил я.
— Видно, с тобой по-хорошему нельзя, — с раздражением сказал следователь, тут же снял трубку телефона и кого-то вызвал.

Через две-три минуты в комнату вбежали человек пять молодых людей, все в форме, которым следователь сказал:
— Ну, вот вам знаменитый Шрейдер. Этот отъявленный фашист ничего не хочет показывать. Что ж, ребята, когда враг не сдается — его уничтожают... К нему полностью подходят слова Маркса: «Битье определяет сознание».
Этот подлец кощунствовал, оперируя именем Маркса. Молодцы набросились на меня и начали молотить по чему попало. Этот первый «сеанс» продолжался около двух часов.
.

Collapse )