December 16th, 2012

le_trouver

УЕЗДНЫЙ АНЕКДОТ

Originally posted by muddylevski at writer's block

16 декабря 2012 года
writer's block

УЕЗДНЫЙ АНЕКДОТ
(Окончание от 12 декабря)

Тем временем, мерцание вечернего воздуха сошло на нет. Окончательно. Просветы между чёрных куп исчезли. Настала ночь. Отражение комнаты обрело твёрдые неопровержимые очертания.

      - Вы с ума сошли! - прошептала девица.

      - Ничуть... - Александр Сергеевич задумчиво потеребил краешек скатерти, перебрал несколько бахроминок - ногтем по ниточке. Собрался уходить...

      И другое утро началось без посредства посторонних вторжений. То есть самостоятельно, Александр Сергеевич потоптался у зеркала, одёрнул рукава, даже слегка сыграл талией. В нетерпении, но с достоинством, спорхнул с крыльца. И, точно гоголь, перелетая от цветка к цветку, поспешил уже изведанной тропой.

      Полдень (когда-нибудь дорога то ли в рай, то ли из райцентра), совпал с серединой пути. Деревья неразличимых пород брели нестройною толпою, и солнце счастливо пронизывало воздух. Эти точки на горизонте не обещали ничего. Плохого, по крайней мере. Умиротворённо гудели трудящиеся пчёлы, муравьи гуськом торопились по своим муравьиным делам. Шполянский жевал травинку и наслаждался. Он был в народе.

      Когда звёзды расположились на привычных местах, он был один. Совсем один. Бесповоротно. Ткнувшись подбородком в трость, смотрел в горизонт. И повторял нечто, пусть тривиальное, но энергическое. Сквозь зубы. Тёмная даль недобро клубилась, ветер нёс рыжую пыль, нестройные кусты шевелились. Сбегались, шипели и, вдруг, поникали. Видимо, в сочувствии. Шполянский тёр глаза, ругался, но сойти с места не мог.

      Ещё днём, не то чтобы наверняка угадал, но что-то прошелестело из-за спины. И убежало вперёд. То ли углубилась тележная колея, то ли эманации парфюма, в сих местах отсутствующего как бы по определению, коснулась чутья. Но он запомнил и это.

      Навстречу шёл человек с поочерёдно выбитыми зубами, с глазами навыкат. Поравнявшись, человек остановился. Издал протяжное: «Ээээ», очевидно желая привлечь внимание, и, вперившись в правое плечо Шполянского, оповестил:

      - Барин сплять. Принять не велено...

     И сразу соскочила иголка в чёрную трещинку. Представилась вечереющая река, бледный бельведерчик, грустный мостик, робкие слова. Линии дальних холмов плавно перетекают по нежным плечам. Вновь белые лепесточки прижаты, и всё то же волнительное волнение... Но теперь как бы со стороны, в ретроспекции, из-под козырька уже знакомого канотье. Как если бы оно стало своим собственным. Александр Сергеевич бросил истерзанную травинку, поморщился. Опять этот призрак в шляпе!

      - Отчего же?

      Посыльный переминулся на босых ногах, сморканулся. Наконец было, открыл рот...

      - И кто ж сии господа? - Шполянский резко вздёрнул подбородок.

      - Господа Михáлковы! - вдруг с поразительной ясностью и торжеством в лице провозгласил холоп. - Ещё ночью пожаловали. И всё в каретах.

      Презрительно стегнув глазами по городским штиблетам, человек показал выцветшие лопатки и скоро превратился в точку.

      Трость и шляпа остались лежать на дороге. Может быть в кустах. Во взъерошенном состоянии, с разорванным воротом и безумным взором Александр Сергеевич ввалился в кабинет и резкими движениями освободился от платья. Аккуратно сложил части одежд и лёг. Закрыл глаза.

      За стенами приятно кружил ветер, скрипели полы. Комната загустевала в непроглядной темени. Измучившись в борьбе с подушкой, Шполянский переместился в кресло, едва не расшиб колено. Сидел голый, покрываясь ознобом. Наконец, полностью осознал, что остался в дураках. Самым радикальным и непристойным манером. Изначально. Хотелось быть холодным и жестоким, но обида душила до слез. «Я не такой, не такой!» - шёпотом повторял Александр Сергеевич. И сам же кривил губы. Мысль, сама того не желая, всё время возвращалась к ружью на стене…

      Не дожидаясь рассвета, ветер умчался, распространяя за собой светлую тишь. Раскачавшиеся мужики сонно заложили телегу, расселись на бревно и принялись ждать, дивясь чудачествам молодого господина. Потом долго стояли и глядели вслед. Когда скрип телеги перестал быть слышен, молча разошлись...

 

      Если посмотреть из глубины трактира, видна пронзительная стрела собора, где хоронили царей, мятая бронза Невы и двор, обросший бельём. Славное дитя Петра. Запад России.

      А барыня-Москва - то семипудовая купчиха в чепцах и папильотках. По утрам ест гречневую кашу, глядит в окошко, крестит зевающий рот. Едва стемнеет, сейчас подают самовар, колотый сахар, широкия блюдца. Осветится уют, потечёт пот, захрустит на языке...

      Ведь было ж, было!  …Закружилось с тех пор, ухнуло. Вши, стрельба, кофе из желудей, аршинные плакаты, деньги бумажные, снежная пыль... Достоевский? Хорошо. Лев Толстой? Отлично-с! Подъезд заколочен. Электричества нет. Царственную особу, как последнюю собаку...  Дворники - и те поразбежались. Ай да православные! Ай да молодцы! Широка душа на распаш...

      - Им, видите ли, возвышенное подавай, - ругался знакомый офицер с выдранной кокардой. - Теургию божественную. Рай на земле. Чтобы все в сарафанчиках шитых, да хороводы под гармошку. Каб-бак, твою мать!

      Осётр на блюде не «спонравился». Графинчик в горке льда противен. От расстегайчиков тошнит. За что ни тронься - всё дрянь. Даже клопы сдохли. Скажи на улице «Вы» - в глаза плюнут. У-у-у, гнусная страна!

      - Вывести такого «шаляпина» на общественные работы, - лаял поручик, - да шомполами по ж-э. За неисполнение приказов ревкома. Вот бы посмеялись…

 

le_trouver

Вспоминая 41-ый

"Броня всех немецких танков противостоит лишь стрелковому оружию и пробивается снарядами нашей противотанко­вой артиллерии. При пробитии брони моторных отделений снарядами и пулями крупнокалиберных пулеметов все немецкие танки горят.

Воздухопритоки расположены сверху корпуса танка над моторным отделением. В крыше башни немецких танков расположен люк вентиляции. Горящая жидкость из бутылки, брошенной на крышу или моторное отделение, будет свободно проникать во внутрь танка. В последнее время на воздухопритоках ставятся мелкие металлические сетки для предохранения от пламени... По гололедице и болотистым грунтам проходимость немецких танков неудовлетворительная.

Наши противотанковая и танковая артиллерия, огонь снайперов по смотровым щелям и люкам, противотанковые мины и гранаты, бутылки с горящей жидкостью являются действенными средствами борьбы с немецкими танками."


Доклад помощника начштаба ГАБТУ майора Сиротина "Действия танковых частей германской армии. По опыту боев танковых соединений Красной Армии с 22.6 по 1.9.41 г."

ЦАМО, ф. 38, оп. 11360, д. 1, л.л. 4,5
le_trouver

Виссарионыч о религиозных предрассудках.

"Партия не может быть нейтральной в отношении религиозных предрассудков, и она будет вести пропаганду против этих предрассудков, потому что это есть одно из верных средств подорвать влияние реакционного духовенства, поддерживающего эксплуататорские классы и проповедующего повиновение этим классам. Партия не может быть нейтральной в отношении носителей религиозных предрассудков, в отношении реакционного духовенства, отравляющего сознание трудящихся масс. Подавили ли мы реакционное духовенство? Да, подавили. Беда только в том, что оно не вполне еще ликвидировано. Антирелигиозная пропаганда является тем средством, которое должно довести до конца дело ликвидации реакционного духовенства. Бывают случаи, что кое-кто из членов партии иногда мешает всемерному развертыванию антирелигиозной пропаганды. Если таких членов партии исключают, так это очень хорошо, ибо таким "коммунистам" не место в рядах нашей партии."

И. В. Сталин, "Беседа с первой американской рабочей делегацией", 1928.

спасибо pravoslavnij